Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Исторические прозведения

Морис Симашко. - Емшан

Скачать Морис Симашко. - Емшан

     Его стали бояться больше Гюрзы,  и  пришло  его  время.  Он  сразу  это
почувствовал по тому, как хвалил его силу Маленький. Ему теперь давали куски
лучше, чем новым девяти, и они злобно молчали.
     Они  хотели  убить  его ночью. Но вечером, когда Маленький подвинул ему
самый большой кусок, он неожиданно прыгнул  и  поломал  Маленькому  спину...
Новых  девять  он  тоже  менял  по очереди. Тому, кого не хотел видеть возле
себя, он давал лучшие куски...
     Потом все было правильно. Он забирал  хлеб  и  справедливо  делил  его,
отдавая сильным больше. Он убивал кого хотел. Им, слабым, нужна была опора в
качающейся темноте. Они были рабы и не могли жить сами, И он стал их опорой,
потому что забирал у них хлеб и убивал их.
     Все  быстрее  гремел  барабан.  Те,  что  у  весел,  пели  песню о нем,
Бейбарсе. Они пели о его силе и справедливости...
     Конь остановился над обрывом. Рыхлыми  каменными  уступами  все  дальше
спускалась пустыня. На другой ее стороне были другие города и страны...
     Это  было  по  ту  сторону  пустыни.  Раздав  утром хлеб, люди с бичами
размотали длинную цепь и первым приковали к  ней  его,  Бейбарса.  Остальных
пристегнули  сзади  по  двое.  Потом  ему показали на дыру в потолке. Люди с
бичами знали, что только он сможет шагнуть туда, куда выносили мертвых.
     Он увидел Солнце.  Круглое  и  белое,  око  висело  совсем  близко  над
головой.  Там,  где он копал когда-то землю, не было круглого Солнца. Или он
забыл...
     Все, кто вышел с ним наверх, сразу перестали видеть. Уцепившись  руками
за железные кольца, шли они за ним по длинной качающейся доске на землю...
     Они не могли сразу пойти по земле. Люди с бичами заставили сгибаться их
ноги.  Земля  была большая. На ней было много людей, домов и деревьев. Он не
верил в это раньше.
     На площади, куда привели их,  он  впервые  увидел  женщин.  Их  держали
отдельно.  Сзади  заволновался  кто-то,  начал  дергать  цепь.  Он удивленно
оглянулся...
     Их приковали на ночь к железному столбу. Они не могли уснуть без доски,
за которой шуршит море. Рядами стояли столбы на широкой базарной площади,  и
всю ночь звякало железо. В эту ночь он услышал слово...
     Он  не  знает,  спал  он  или  нет,  но  кто-то на площади тихо позвал:
"Ку-уке!" Воздух сразу стал горьким. Он вскочил, начал рвать цепь. Но люди с
бичами не спали. Они знали, что в такую ночь люди становятся глупыми и часто
убивают себя.
     Он лежал неподвижно, прижимая горячее тело к земле. Медленно наливалась
красным огнем светлая полоса неба. И тогда он услышал трубы.
     Люди на больших лошадях с блестящими кривыми ножами у пояса въехали  на
базар. Они стали у железных столбов, ожидая молитвы. К тем, кто молился, они
потом не подошли.
     Человек  с  кривым ножом, в синих, обшитых золотом сапогах остановился,
посмотрел ему в глаза и сделал  знак.  Люди  с  бичами,  суетливо  кланяясь,
бросились  распиливать цепь. Он удивленно смотрел. Они были шакалами, люди с
бичами!.. Руки у него стали вдруг совсем легкими, и было неприятно.
     Двадцать было тех, кому распилили цепь. Человек в синих сапогах  сделал
им  знак  идти, но они стояли. Тогда другой, молодой, засмеялся и толкнул их
одного за другим грудью лошади. И они пошли. Люди  с  кривыми  ножами  ехали
впереди  и  сзади. Они пахли кожаными ремнями, и на левой руке у каждого был
браслет.
     Снова качалась длинная доска, и он с облегчением увидел черную  дыру  в
палубе.  Оттуда  пахло  утренними нечистотами и человеческим потом. Но их не
пустили туда...
     Прямо на палубе очистили им от волос голову и тело. Потом помыли  их  и
показали  человеку  в  красных  сапогах.  Двое  не понравились ему: у одного
слезились глаза, а другой дернул головой,  когда  подняли  перед  его  лицом
руку.  Этих двоих сразу отделили и толкнули в дыру под палубой. Тем, которые
остались, дали одинаковые синие штаны, широкие кожаные ремни и серые сапоги.
     Потом им дали мясо. Он заволновался от свежего  запаха.  Мясо  отрезали
теплыми  большими  кусками  и жарили прямо на палубе на железных палках. Они
ели, пока глаза не завесил туман и головы  не  упали  на  доски.  Человек  в
красных сапогах внимательно смотрел, как они ели...
     Проснулся  он  успокоенный.  За  доской  опять  шуршало море. Глухо бил
барабан, и плавно качался черный мир. Но когда он открыл  глаза,  то  увидел
гору  недоеденного мяса. Горел факел. Люди с кривыми ножами на поясах играли
маленькими твердыми костями. Они бросали их с размаху,  и  кости  со  стуком
рассыпались.
     Он  приблизил к лицу руки и с силой развел их. Они разошлись, но тут же
сошлись снова. Цепи не было, но рукам так было лучше...
     Бейбарс посмотрел на свои руки. Они были сведены на лошадиной холке. Он
не стал разводить их. Конь осторожно сошел с уступа и пошел по  осыпающемуся
гребню к старой дороге.
     Найдя  ее,  конь  пошел быстрее. Гладкие треснувшие камни лежали по обе
стороны. Их когда-то возили для  храма.  А  потом  обратно  к  Реке.  Возить
готовые камни было легче, чем обтесывать...
     Человека  в  синих  сапогах,  который купил его на базаре по ту сторону
пустыни, звали Икдын. Он был Эмир Сорока. А в красных сапогах  с  блестящими
коричневыми  глазами  был  Котуз. Начальник Острова сам покупал мамелюков, и
это было правильно.
     Барат лежал рядом с ним на палубе. Он был таким, как и сейчас, жилистым
и молчаливым. Они с Баратом  сразу  нашли  друг  друга  среди  восемнадцати.
Другие поняли и подчинились. Мяса было много, но первыми брали он с Баратом.
     Икдын  увидел  это  и  тоже  понял. Когда нужно было сказать что-нибудь
всем, Икдын говорил ему. Так было и потом, на Острове. Барат  не  завидовал.
Он всю жизнь был хорошим помощником...
     Барабан бил внизу ровно, не переставая. На второе утро из дыры в палубе
вытащили  голое тело с разорванным горлом. Это был тот, у которого слезились
глаза. Не сняв цепи с рук, его бросили  в  море.  Мертвые  коричневые  глаза
Котуза не ошибались в людях...
     Море  долго  было  синее.  Прошло шесть дней, и они увидели желтую воду
страны Миср. Потом они увидели желтый берег. Опять там  были  люди,  дома  и
деревья. Вода делалась гуще, пока не стала Рекой...
     Еще  три дня плыли они, пока не прорезались в небе синие столбы мечетей
Эль-Кахиры.  Мимо  провезли  их,  на  Остров.  Это  было  правильно.  Нельзя
мамелюкам близко видеть жителей страны Миср...




 
 
Страница сгенерировалась за 0.1121 сек.