Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Исторические прозведения

Д ЭРВИЛЬИ - ПРИКЛЮЧЕНИЯ ДОИСТОРИЧЕСКОГО МАЛЬЧИКА

Скачать Д ЭРВИЛЬИ - ПРИКЛЮЧЕНИЯ ДОИСТОРИЧЕСКОГО МАЛЬЧИКА

                                 ГЛАВА IV

                               Долг и голод

     Крек  довольно  долго  сидел  на  корточках  перед  очагом,   усердно
поддерживая огонь и занимаясь ловлей отвратительных насекомых, бегавших по
его  телу.  Внезапно  у  входа  в  пещеру,  усыпанного мелкими  камнями  и
ракушками, послышались легкие и быстрые шаги.
     Крек повернул голову и  увидел запыхавшегося Ожо.  Глаза Ожо сияли от
радости:  он  тащил  за  хвост какое-то  животное вроде большой черноватой
крысы.
     Это была пеструшка,  предок тех самых пеструшек, которые и теперь еще
населяют равнины Сибири.
     - Посмотри,  это я ее убил,  -  кричал Ожо,  -  я один!  Крек, я буду
охотником!
     Он бросил эверька к ногам брата и,  не замечая,  что,  кроме Крека, в
пещере никого не было, громко закричал:
     - Скорей,  скорей!  Идите  за  мной!  Сейчас же!  Их  еще  много там,
наверху.  Мне одному их  не догнать,  но если мы пойдем все вместе,  мы их
переловим и поедим вволю сегодня вечером. Ну, живо!
     - Не  кричи так  громко.  Разве ты  не  видишь -  все ушли в  лес,  -
остановил его Крек. - Остался только один я. Что, ты ослеп, что ли?
     Ожо оглянулся - брат говорил правду. Ожо растерялся. На пути домой он
так ясно представлял себе, как все обрадуются его добыче. <Даже Старейший,
- думал он,  - похвалит меня>. И вдруг - в пещере один Крек, да и тот чуть
ли не смеется над ним.
     Но надо было спешить,  иначе великолепная добыча могла ускользнуть от
них.  И  Ожо  принялся торопить брата.  Стоило  только подняться к  опушке
дубового леса, чтобы убить много пеструшек. Крек встрепенулся и вскочил на
ноги.
     - Живей! - крикнул он. - В дорогу!
     Принести в  пещеру много пищи  да  еще  в  такой голодный день!  Крек
схватил тяжелую палку и бросился вслед за братом.
     Но вдруг он вспомнил об огне и остановился в нерешительности.
     - Иди же,  - торопил Ожо с порога пещеры. - Иди, а то поздно будет. Я
видел маленькую стаю у  Трех Мертвых Сосен.  Мы еще захватим их там,  если
поторопимся. Ведь я прибежал сюда бегом.
     - А огонь,  Ожо?  -  воскликнул Крек.  - Смотри, он только что весело
потрескивал, а теперь уже потухает. Ведь его все время нужно кормить.
     - Ну,  так дай ему поесть, - ответил мальчик. - Дай ему побольше еды.
Мы  не  долго будем охотиться.  Он  не  успеет всего пожрать,  как мы  уже
вернемся.
     - Ты думаешь, Ожо?
     - Ну конечно.  Мы дойдем до прогалины у  Трех Мертвых Сосен и  быстро
вернемся назад.  Вдвоем мы  набьем много  зверьков.  И  там,  наверху,  мы
напьемся их теплой крови.
     Бедный Крек  колебался.  Напиться теплой крови было очень заманчиво -
голод так жестоко терзал его.  Крек стоял и раздумывал. Пожалуй, Ожо прав:
если подбросить побольше ветвей,  огонь,  наверное, не погаснет. Они скоро
вернутся и  принесут много еды.  А  в  пещере все  чуть ли  не  умирают от
голода. Матери и сестры так измучены... Крек больше не колебался.
     Он подбросил немного дров в огонь и в два-три прыжка нагнал Ожо.
     Мальчики скоро  добрались до  вершины  холма.  Оттуда  они  пустились
бежать к прогалине у Трех Мертвых Сосен.
     Это   место  легко  было  узнать  по   трем  громадным  соснам.   Они
давным-давно засохли,  но  все еще стояли,  протягивая,  словно гигантские
костлявые руки,  свои голые ветви.  Здесь,  у сосен, мальчики увидели, что
папоротники и высокая желтая трава у корней деревьев сильно колышутся. Это
казалось странным, потому что ветер совсем стих.
     - Вот они!  -  прошептал Ожо,  дрожа и волнуясь,  на ухо Креку. - Вот
они... Это они колышут траву. Нападем на них!
     Братья  кинулись вперед  с  поднятыми палками и  в  несколько прыжков
очутились среди  животных,  которые бесшумно двигались в  траве.  Мальчики
стали наносить удары направо и налево,  стараясь перебить как можно больше
зверьков.
     В  пылу  охоты  маленькие охотники позабыли о  времени  и  совсем  не
замечали,  что творилось вокруг. Между тем в соседних лесах раздавался вой
и  рев.  Тысячи хищных птиц,  оглушительно каркая и  крича,  кружились над
головами Крека и Ожо.
     Изнемогая  от  усталости,   еле  шевеля  руками,   братья  на  минуту
приостановили свою охоту. Оглянулись и прислушались. Со всех сторон до них
доносился визг,  вой.  Повсюду, насколько хватало глаз, трава колыхалась и
дрожала,  словно волны зыбкого моря.  Стаи пеструшек все прибывали. Вместо
прежних сотен кругом были уже десятки тысяч зверьков.
     Крек и Ожо поняли (им случалось и раньше,  - правда, издали, - видеть
нечто  подобное),  что  они  попали  в  самую  средину  огромного  полчища
переселяющихся крыс.
     В  приполярных тундрах даже и  в  наше время удается иногда наблюдать
переселение житников и пеструшек.  Ничто не может остановить движение этих
мелких  зверьков.   Они  преодолевают  все  препятствия  на   своем  пути,
переплывают реки и покрывают несметными стаями громадные пространства.
     Положение Крека и Ожо стало не только затруднительным,  но и опасным.
Оживление первых минут охоты исчезло;  его  сменили страх и  усталость.  К
несчастью,  мальчики слишком поздно поняли, как неосторожно они поступили,
бросившись очертя голову в стаю переселяющихся крыс.
     Со  всех  сторон  их  окружали несметные полчища  грызунов.  Напрасно
братья снова взялись за  оружие:  на смену убитым крысам тотчас появлялись
новые.  Задние ряды напирали на передние,  и  вся масса продолжала нестись
вперед,  словно живая и грозная лавина. Еще немного - и грызуны нападут на
детей.  Зверьки с отчаянной смелостью бросались на маленьких охотников, их
острые зубы  так  и  впивались в  босые ноги  мальчиков.  Братья в  испуге
кинулись бежать.  Но  зверьки двигались сплошным потоком,  ноги  мальчиков
скользили  по  маленьким телам.  Каждую  минуту  дети  могли  оступиться и
упасть.
     Они остановились.  Упасть -  это умереть, и умереть страшной смертью.
Тысячи крыс накинулись бы на них, задушили и растерзали бы их.
     Но  в  эту минуту Крек взглянул на мертвые сосны,  вблизи которых они
стояли.  Счастливая мысль внезапно пришла ему в голову: стоит добраться до
этих могучих деревьев, и они будут спасены.
     И  маленькие охотники,  несмотря на усталость и  жестокие укусы крыс,
снова пустили в  дело  свои палки.  С  огромным трудом им  удалось наконец
пробиться к подножию сосен. Тут Крек подхватил Ожо к себе на спину и ловко
вскарабкался по стволу.
     Несколько сотен зверьков кинулись было вслед за ними, но их сейчас же
опрокинули и смяли задние ряды.
     Крек посадил Ожо на один из самых крепких и высоких суков и,  все еще
дрожа от страха, огляделся вокруг.
     Далеко-далеко,  куда  только ни  достигал взгляд,  земля исчезала под
сплошным покровом черных и  серых крыс.  От  высохшей травы не  осталось и
следа. Передние стаи все пожрали.
     Стремительное движение  пеструшек  не  прекращалось ни  на  минуту  и
грозило затянуться на всю ночь. Ожо, чуть живой от страха и холода, крепко
прижимался к  брату.  Не  то  было с  Креком.  Едва он почувствовал себя в
безопасности,  как самообладание и  смелость вернулись к  нему.  Он  зорко
оглядывался кругом  и  отгонял палкой  хищных  птиц,  которые сопровождали
полчища пеструшек.  Эти  птицы  сотнями опускались на  ветви мертвой сосны
рядом с детьми, оглушая их своими дикими криками.
     К  ночи  над  равниной разостлалась пелена  ледяного тумана.  Но  еще
прежде,  чем он  успел сгуститься,  мальчики заметили неподалеку от своего
убежища громадного черного медведя.
     Могучий  зверь,   попав  в  поток  движущихся  крыс,  сам,  казалось,
находился в большом затруднении.  Он яростно метался из стороны в сторону,
поднимался на задние лапы, прыгал и жалобно рычал.
     - Брат,  -  сказал Крек,  - видно, нам не вернуться сегодня вечером в
пещеру.  Уже темно, ничего не разглядеть, но я по-прежнему слышу сильный и
глухой шум.  Это крысы.  Им нет конца!  Мы,  наверное,  останемся здесь до
утра.
     - Что ж,  подождем до утра,  -  решительно ответил маленький Ожо. - У
тебя на руках мне не холодно и не страшно, и я не голоден.
     - Спи, - ответил Крек, - я буду тебя караулить.
     Младший брат скоро заснул,  а Крек сторожил его. С мучительной тоской
думал он  об  огне,  о  нетерпеливом и  прожорливом огне,  который он  так
легкомысленно оставил без всякого призора.  Огонь,  конечно,  погас, погас
раньше, чем вернулись отцы или Старейший.






 
 
Страница сгенерировалась за 0.0966 сек.