Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Триллеры

Джефри Кейн - Нашествие нежити

Скачать Джефри Кейн - Нашествие нежити


Значение этого самого последнего слова на сплошь исписанном пергаменте
почему-то казалось Штрауду знакомым, хотя он и сам не смог бы объяснить,
откуда он его знает. Штрауд попросил Леонарда сделать перевод.

- Имя автора, - лаконично объяснил тот. - Прорицатель, предсказатель...
Что-то в этом роде.

- Вот оно что!

- Подписи на подобных документах встречаются не часто, - добавил Виш.

- И как оно звучит, это имя?

- Взгляните сюда, - предложил Леонард, поднимая лист бумаги, на котором он
записал перевод:

ЭШРУАД

Штрауд ошеломленно смотрел на внезапно заплясавшие у пего перед глазами
буквы, складывающиеся в слово "Эшруад".

- Вы уверены? Здесь нет никакой ошибки?

- А имя-то, похоже, вам что-то говорит, - уличил его Леонард.

- Еще бы! Вайцель произнес его перед смертью. Меня назвал Эшруадом. И вы
тоже, доктор Вишневски, когда я в первый раз пришел к вам в палату. Не
припоминаете?

- Нет! Абсолютно, - решительно затряс головой Вишневски.

- Похоже, имя это означает что-то очень важное. А здесь не говорится, что
наш Эшруад поделывал во время их эпидемии?

- Он упоминает о своем отчаянии, никто не захотел к нему прислушаться. Судя
по всему, Эшруад был алхимиком, - ответил Леонард.

- Ну, а о самом монстре? - нетерпеливо спросил Вишневски.

- Ужасное чудовище, пишет он, невыносимое человеческому взору. Эшруад
называет его Уббррокксс. Описывает пожирателем всего живого... высасывающим
жизнь из всего живого... дьявольской силой... вырвавшейся на волю...
необузданной и ничему и никому не подвластной... сеющей заразу, болезни и
порчу...

- Похоже на нашу мерзость, - констатировал Вишневски.

- Вылитая копия, - поддержал его Штрауд.

- Но вот сам Эшруад... Что-то очень знакомое, - задумчиво проговорил
Леопард. - Надо посмотреть мои старые записи. Если мне не изменяет память,
он был прорицателем, пророком. Сведения о нем крайне скудны. Только
последние археологические находки в Тоскане смогли пролить кое-какой свет
на его личность.

- Из всей этрускской письменности сохранились лишь надгробные надписи, -
добавил Виш. - И в этом смысле наш пергамент просто бесценен.

Нервным движением распустив узел галстука, Леонард отметил:

- До самого последнего времени мы почти ничего не могли расшифровать, кроме
нескольких слов. Алфавит представляет собой смесь римского, финикийского и
еще какого-то неизвестного нам - очень вероятно, языка этрускских предков.
Они торговали с греками и финикиянами, и от последних-то нам и известно
большинство того, что мы знаем об этрусках.

- В данный момент для нас самое главное разобраться с монстром, -
решительно пресек лекцию Леонарда Виш. - Экскурсами в историю мы сможем
заняться в другое время. В пергаменте говорится о том, как уничтожить
чудовище?

- Эшруаду это не удалось.

- Оно и видно.

- В семьсот девяносто третьем году до нашей эры эта... оно унесло пятьсот
тысяч жизней. Ничто не смогло его остановить.

- В точности как я сказал. Пятьсот тысяч, - торжествующе вставил Вишневски.

- Э, нет! Зомби не в счет. Они остались нести бремя вины за тысячи
погубленных жизней других. Ведь это они - пораженные недугом - сгоняли
здоровых к месту жертвоприношения. А когда чудовище насытилось, Эшруад
сумел убедить свой народ, что от него необходимо избавиться. Осуществили
они это, используя труд главным образом рабов. Дело в том, что у монстра
наступил своего рода период спячки, во время которого Эшруад и заточил его
па корабле. Его, облепленного комьями той же самой земли, в которой он
обитал, поместили в трюм и отправили в открытое море, что по тем временам
было равнозначно космосу. И только много месяцев спустя, далеко за морями,
дьявольское создание вместе с костями принесенных ему в жертву людей было
погребено вместе с кораблем.

- Далеко за морями... То есть здесь, на нашем острове. - Штрауд зашагал по
лаборатории, погрузившись в мысли о том, не является ли все происходящее
неким эсхатологическим[27] ритуалом превращения, перехода из одного
состояния в другое, "концом света". Каждая религия предсказывает его
наступление, последнюю главу в истории, заключительное действие в
грандиозном спектакле человечества на земной сцепе А для такого случая,
мелькнуло в голове у Штрауда, 500000 жизней может оказаться слишком
недорогой ценой. Унылое молчание, в котором пребывали Вишневски и Леонард,
подсказало Штрауду, что их тревожат те же самые раздумья.

- А хватит ли ему на этот раз пятьсот тысяч жизней? - словно читая мысли
Штрауда, вслух подумал Вишневски.

Вся троица археологов вновь обратила все свое внимание на причудливые
этрускские письмена, будто надеясь в послании из древности найти ответ на
страшный вопрос.

- Несомненно, что мы не можем прибегнуть к опыту Эшруада, - горячась,
заявил Леонард. - Да вы что? Отдать этой... этому сотни тысяч человеческих
жизней и молиться в надежде, что оно снова впадет в спячку? А потом
попытаться от него избавиться? Отправить его куда-нибудь... в космос или...
утопить в морской пучине?

- Нет, его надо хранить в земле, - предупредил Штрауд.

- Что?

- Мы сами не знаем, какого дьявола выпустим на волю, если эта... если...
оно войдет в соприкосновение с соленой водой... что с ним произойдет в
космическом вакууме. И если эксперименты доктора Кендры Клайн позволяют
прийти к каким-либо выводам, то один из них заключается в том, что...
его... это... надо держать подальше от воды. Вода заставляет его...
образовываться... появляться в воздухе.

- Ну и что вы тогда предлагаете? - Леонард уже начинал кипятиться.

- Эшруад замуровал корабль в каменной гробнице, - напомнил Штрауд, - на
месте, которое в его времена оставалось необитаемой землей.

- Весьма разумно, с точки зрения защиты окружающей среды, - хмыкнул
Вишневски.

- Единственное, что он мог придумать по тем временам, - парировал Штрауд. -
Нам же со всей нашей современной техникой придется изобрести кое-что
получше и понадежнее.

- А пока мы изобретаем, - желчно заявил Вишневски, - оно уже очнулось и
давным-давно проголодалось. И требует пищи...

- ...которой должны стать все мы, - кивнул Штрауд, - если не найдем
какой-нибудь способ его одолеть,

- Эшруаду это не удалось.

- Ну, ладно, мне тут еще кое-что осталось расшифровать, - решительно
вмешался Леонард. - Просто захотелось поделиться с вами тем, что уже
удалось узнать.

- Блестящая работа, Сэмюел, - похвалил его Вишневски.

- По-настоящему блестящая, - поддержал его Штрауд.

Леонард вновь углубился в изучение пергамента. Явно встревоженный Вишневски
отвел Штрауда в сторону и свистящим шепотом спросил:

- Как по-вашему, поверят нам люди вроде Натана, Перкинса или этого Билла
Лими? Удастся нам убедить их, пока не будет слишком поздно?

- Виш, друг мой, возможно, уже сейчас слишком поздно. Если верно то, что
говорит Сэм, вся эта коматозная армия скоро очнется и восстанет против всех
остальных, и нам останется лишь уничтожить их либо они уничтожат нас.

- Вы только представьте себе чувствующее злобное и жестокое существо,
наделенное силой и властью облагать человеческий род подобной данью!

- Чувствующее, да. Злобное и жестокое, конечно, в высшей степени. Но
страшнее всего то, Виш, что оно натравит нас друг на друга. То, что оно
питается человеческими жизнями, есть всего лишь верхушка айсберга. Оно ведь
приведет в действие зло, которое будет на протяжении грядущих столетий
разъедать все человечесгво, - и вот это делает его силой просто сатанинской.

- Мы должны найти какие-то способы борьбы с ним.

- Полностью с вами согласен.

- Противоядие доктора Клайн, то, что помогло Леонарду... Возможно, оно...

- Боюсь, что нет. Доктор Клайн рассказывала мне, что оно действует только в
мизерном числе случаев. Ведь большинство людей поражено недугом настолько
глубоко, что противоядие оказывается неэффективным. Похоже, оно помогает
лишь в случаях легкой формы заболевания.

- Значит, все эти коматозные пациенты, все эти безумцы, рыскающие волчьими
стаями по городу... Боже, да это же закваска в процессе брожения, и когда
она перебродит...

- Тогда город рухнет, как карточный домик, потому что люди поднимутся
против людей, и начнется обряд жертвоприношения.

10

В больнице Святого Стефана в самом центре Манхэттена доктор Кендра Клайн и
ее помощники без устали бились над противоядием, пытаясь получить такую
формулу, которая не вызывала бы у жертв эпидемии катастрофических
приступов, чаще всего приводивших к смертельному исходу. Леонард стал
редким исключением. Кендра предполагала, что защитная одежда и чистый
кислород, которым дышали Штрауд и Вишневски, помогли в значительной степени
ослабить губительные последствия неведомого недуга. На сегодняшний день
случаи выздоровления можно было пересчитать по пальцам. Инфицированные
больные просто никак не реагировали на лечение, разве что умирали - и по
больнице стала ходить мрачная шутка, что подобный результат, возможно, и не
так уж плох, учитывая, что альтернативой ему было буквально растительное
существование пациентов.

Тем не менее все находящееся в больнице медицинское оборудование работало с
запредельными перс-грузками, немыслимыми в нормальных условиях. До
погрузившейся в невеселые раздумья в своей лаборатории Кендры Клайн донесся
смутный шум, суетливый перестук торопливых шагов, возбужденные возгласы.
Тревожно загудел зуммер внутренней связи. Ее вызывал Марк, выкрикнувший
победным голосом:

- Мы здесь кое-что наблюдаем, доктор Клайн. Нет, это надо видеть!

- Что случилось? Что там у вас происходит?

- Они приходят в себя, все сразу, без нашей помощи!

- Коматозные пациенты?

- Да!

- Все?

- Да! Скорее!

Динамик донес до нее невнятный гул слитных радостных восклицаний, на
мгновение покрывший голос Марка. А Кендру вдруг окатило ледяной волной
беспричинного страха, больно сжавшего сердце. Будто что-то по ту сторону
разума вонзилось в него острыми когтями, пытаясь вырвать рассудок. Она всей
кожей ощутила его близкое присутствие, как если бы оказалась в струе
холодного воздуха, бьющей из кондиционера. Словно нечто, замурованное в
стене, яростно скребется в попытке вырваться наружу... или проникнуть в ее,
Кендры, естество.

И одновременно Кендра ощутила внезапно наступившую зловещую тишину. Она
бросилась в лабораторию, где были установлены контрольные пульты.
Пробившись к стеклу, отделявшему ее от изолятора, Кендра застыла в немом
изумлении. По ту сторону стеклянной перегородки бродили зомби. И то, что
поначалу ее коллеги восприняли как потрясающий, небывалый в медицине
феномен, на ее глазах становилось ужасающим кошмаром. Люди, чьи конечности
вновь обрели способность двигаться, вырвали из приборов и капельниц провода
и трубки и, волоча их за собой по полу, расхаживали, ничего не чувствуя,
ничего не соображая, ничего не видя, по изолятору, тараща на живых свои
закаченные под лоб глаза, мерцающие тусклым зеленоватым отливом. Радость
коллег Кендры Клайн почти сразу сменилась пугающим осознанием того, что у
этих зомби восстановилась деятельность мышц, но не мозга. Медики поняли,
что их пациенты превратились в марионеток, послушными телами которых
управляют ниточки, собранные в невидимых руках.

Ходячие мертвецы, как по команде, воздели руки и одновременно обрушили
кулаки на толстую стеклянную перегородку, которая отозвалась протяжным
гулким дребезгом, но выдержала. И тогда они ударили в стекло во второй раз,
в третий, в четвертый... Скованные ужасом санитары, сестры и врачи
безмолвно следили за яростным штурмом.

Бросившись на перегородку в пятый раз, зомби таранили ее не только
кулаками, но и головами, обливаясь кровью в неукротимом стремлении
вырваться наружу. Стекло пошло паутиной трещин, и Кендра последним усилием
воли сбросила с себя оцепенение беспомощности.

- Марк, к телефону! - выкрикнула она. - Зовите па помощь!

- Кого звать-то? Санитары и близко не подступятся к этим ребятам!

Том, прижимая к уху телефонную трубку, воскликнул:

- То же самое творится на каждом этаже, во всех палатах.

- Что?

- Все коматозные пациенты уходят из больницы!

Стекло гудело от беспрерывных ударов и начало постепенно осыпаться
осколками. Тех, кто пытался приостановить хлынувший через рухнувшую
перегородку поток оживших мертвецов, зомби хватали нечеловечески сильными
руками и, подняв над головами, несли над толпой. Марк и Том в отчаянии
безысходности швыряли толстые регистрационные журналы и стулья в передовую
цепь, чтобы хоть как-то задержать ее неумолимое продвижение и дать
возможность остальным медикам скрыться. В какой-то момент Марк, больно
ухватив Кендру Клайн за плечо, изловчился вытолкнуть ее за дверь.

Когда всем медикам удалось выскользнуть в коридор, они заперли за собой
дверь, но тут же толстая филенка задрожала под натиском толпы зомби. Они
вновь и вновь бросались на нее, не останавливаясь ни на секунду.

- Надо звонить Штрауду, - выкрикнула на бегу

Кендра, устремляясь к себе в лабораторию. Но и там она застала разъяренных
зомби, которые нашли-таки еще один выход из изолятора, проломив его стену
телами убитых медиков, которые они использовали вместо тарана. Она
бросилась прочь из лаборатории, и навстречу ей через выбитую дверь
изолятора ринулась толпа зомби, топтавших ногами окровавленные и
изувеченные трупы мужчин и женщин, которыми они, как бревнами, в щепки
разметали дверные створки.

Зомби заполонили коридоры, лестничные марши, протискивались сквозь двери, и
впереди них бежали в беспомощной растерянности санитары, сестры, врачи...

Под одним из столов Кендра обнаружила скорчившуюся па полу сестру, которая
истерически сообщила ей, что дозвонилась в полицию, но там ей ответили, что
подобное столпотворение происходит по всему Нью-Йорку, в каждой больнице и
клинике, куда поступали пораженные недугом пациенты, и что больные бегут на
улицы, убивая на своем пути все живое без разбора.

Из окон были видны захлестывающие улицы потоки зомби, устремившихся в одном
и только им известном направлении.

- Как будто армия ничего не соображающих насекомых, - всхлипнула медсестра,
приникшая к окну на двадцать девятом этаже.

- Куда же они идут? - недоумевала другая. И в этот момент Кендру осенила
догадка, куда направляются зомби. Их целью была шахта на стройке компании
"Гордон консолидэйтед интерпрайзиз". Гордон собирался пустить бульдозеры и
засыпать котлован, по у того, неведомого, затаившегося в земле, были другие
планы.

Кендра метнулась к телефону и набрала номер Штрауда в Музее древностей. Ей
показалось, что прошла целая вечность, пока она не услышала в трубке голос
Вишневски. В ответ на ее просьбу позвать к телефону Штрауда Виш строптиво
заявил, что Штрауд только-только выкроил несколько минут, чтобы вздремнуть.

- Так разбудите его, черт побери! У меня важное дело, доктор.

- Что там у вас стряслось?

- Да позовите же Штрауда! Прошла, казалось, еще вечность, прежде чем Штрауд
взял трубку.

- У нас здесь творится что-то ужасное, Штрауд! - выкрикнула Кендра.

- Что там еще?

- Наши коматозные пациенты. Они все встали па ноги... - Кендра уже не
владела собой.

- Ага! - обрадовался Штрауд. - Значит, противоядие действует!

- Да нет же! Нет! Они... напали на нас!

- Как напали?

- Все сразу! Толпами. Они превратились в... зомби, Штрауд, и то же самое
происходи г по всему городу, и...

- Спокойно, спокойно...

- ...и они все идут к котловану, к этой проклятой гордоновской дыре.

- Боже, значит, все-таки это случилось...

- Что? - растерялась Кендра. - Так вы ожидали чего-то подобного?

- Да нет, во всяком случае, не так скоро. Это... эта штука, выходит,
невероятно могущественна.

- Надо предупредить людей Гордона, сообщить Натану...

- Каких еще людей Гордона?

- Да как же вы не понимаете, все это вызвано возвращением рабочих на
стройку...

- Но мы же договорились с мэром, что...

- А они все переиграли. Ты заперся у себя в музее и ничего не знаешь.
Теперь всем заправляет Гордон.

- Проклятье! Этот придурок и ускорил кризис, черт бы его побрал.

- Гордон собирается пустить бульдозеры и засыпать котлован, чтобы...

- ...похоронить эту штуку? О, черт, неужели эти глупцы не понимают, что
ее... его в котловане уже нет! Оно среди нас. В нас самих! Засыпать
котлован - все равно что похоронить нас. А куда же Натан смотрит?

- Не знаю... Там распоряжается Гордон.

- А ты где находишься?

- В больнице. Собиралась ехать к тебе, но...

- У тебя все в порядке?

- В порядке?! Мои пациенты расхаживают как зомби, Эйб, и ты еще спра...

- Я спрашиваю, ты жива, здорова? Физически?

- Да, но...

- Тогда сделай, как я скажу.

- Все что угодно.

- Тот состав, что ты приготовила для Леонарда. Он, возможно, наша последняя
надежда. Найдешь способ доставить как можно больше этого концентрата па
стройку?

- Да, но... зачем?

- Думаю, придется его использовать, Кендра.

- Использовать?

- Последнее, что нам осталось. Эти зомби, как ты их называешь, стремятся
нас уничтожить, Кендра. Не спрашивай, откуда мне это известно, времени на
объяснения нет. Поверь мне на слово.

- Но ведь надо придумать еще какой-то способ вводить наше противоядие - или
теперь мы будем считать его ядом?

- Боюсь, что для тех, то идет к котловану, оно будет ядом. И еще... Подумай
хорошенько, как подвергнуть инъекциям сотни, буквально сотни людей... Так
что жду тебя на стройке с инструментами и полезными идеями.

Кендра включила внутреннюю связь, собрала всех оставшихся из своей группы и
торопливо проинструктировала их. Вызвала добровольцев сопровождать ее на
стройку с затребованными Штраудом препаратами и инструментами. Откликнулись
только Марк и Том.




 
 
Страница сгенерировалась за 0.1469 сек.