Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Триллеры

Джефри Кейн - Нашествие нежити

Скачать Джефри Кейн - Нашествие нежити


- Этого я не знаю. Мне известно только одно - после того, как вшили эту
пластинку, у меня стали случаться "припадки". Не думаю, однако, чтобы
пластинка обладала какими-либо иммунными свойствами против коматозного
состояния, в котором остаются все другие пациенты.

В глубине души, однако, Штрауд не был убежден в этом. Очень может быть, что
пластинка спасла его каким-либо косвенным образом. Возможно, наступившая у
него потеря сознания послужила своего рода коротким замыканием, которое и
лишило эту... это существо возможности повергнуть Штрауда в постоянную
кому, как это ему удалось с другими.

- Что-то не похоже, чтобы вы сами были в этом твердо уверены, доктор
Штрауд, - уловив, видимо, колеблющиеся нотки в его тоне, заметила Кендра
Клайн.

- Не думаю, что пластинка сама по себе обладает каким-то присущими только
ей свойствами для защиты от ... этой штуки. Впрочем, это легко проверить, а
подопытных кроликов у вас полна палата. Пластинка изготовлена из самого
обычного сплава, который используется в медицине для латания проломленных
черепов.

- Мы приготовим из этого сплава суспензию и попробуем небольшими дозами
вводить в кровь.

- Кому? Начните с доктора Леонарда, - попросил Штрауд.

- Но эксперимент может оказаться опасным...

- Я обещал Леопарду еще до того, как это случилось. Если только будет хотя
бы один шанс...

- Хорошо, согласна.

Впервые за все это время Штрауд увидел, как смягчилось выражение ее лица. У
этой женщины, решил он про себя, сильный характер и острый ум. Нью-Йорку
здорово повезло, что именно ее прислали сюда на помощь.

- А пока мы тем не менее хотели бы провести самое широкое обследование
вашего организма, обратив особое внимание на состав крови и серозной
жидкости, доктор Штрауд, - твердо стояла на своем Кендра Клайн.

- Но вы лишь зря потеряете время, - запротестовал он, - я совсем не тот
человек, кто вам нужен.

- Доктор, каково бы ни было происхождение того, с чем мы столкнулись, оно
передается от пострадавшего здоровому человеку весьма просто и быстро:
через кожный покров, через поры - и распространяется по всему городу со
стремительностью лесного пожара.

- Тогда пусть ваши лаборанты займутся этой бурой жидкостью, что изрыгнул
Вайцель. Определите ее состав и свойства...

- И что, по-вашему, нам может дать исследование рвотной массы, доктор
Штрауд?

- Но ведь не каждый же день вам приходится наблюдать, когда тело
находящегося в коме пациента парит над койкой?

- Допускаю, здесь еще много непонятного. Однако когда имеешь дело с
неизвестной болезнью... Возможно, когда мы выделим ее возбудитель, то
сможем объяснить...

- Но вы видели, как тело поднялось в воздух?

- Да, - нерешительно призналась доктор Клайн.

- Спасибо, что хотя бы это подтверждаете.

- Пройдемте со мной, доктор Шграуд. - Кендра приглашающим жестом протянула
ему обтянутую белой перчаткой руку. - Ну, пожалуйста.

- Только при одном условии.

- Слушаю.

- Распорядитесь, чтобы кто-нибудь немедленно сообщил комиссару Джеймсу
Натану о моем... выздоровлении.

- Хорошо, - согласилась Кендра Клайн.

Штрауд терпеливо переносил одно исследование за другим: кровь, серозная
жидкость, моча, кожный покров, рентгеноскопия тела и черепа - полный набор.
И все это время он слышал внутри себя голос, уже ставший ему хорошо
знакомым, голос его покойного деда. Поначалу он звучал едва различимо,
где-то в самых далеких глубинах его мозга. Голос убеждал его, что нельзя
терять ни минуты.

- Ну вот, все ваши исследования позади, но вам ведь не удалось обнаружить
ни у меня в крови, ни в иммунной системе ничего необычного, что могло бы
помочь вашим несчастным пациентам, - заявил он доктору Клайн, торопливо
натягивая на себя рубашку.

Она дождалась, когда выйдет находившийся здесь же, в процедурном кабинете,
ее коллега, и только тогда произнесла своим чудесным и звучным грудным
голосом:

- К настоящему моменту, доктор Штрауд, мы не обнаружили никаких признаков
того, что вы являетесь носителем какой-либо инфекции, правда, у нас пока
нет результатов некоторых анализов.

- А что я вам говорил?

- Но мы же имеем дело с чем-то совершенно неизвестным, даже невероятным -
инфекционная кома! - Ее блестящие серые глаза сузились, выдавая смятение и
растерянность.

- Ну вот, наконец, - обрадованно усмехнулся Штрауд.

- Что наконец? - не поняла Кендра.

- Наконец мы хотя бы в чем-то достигли согласия.

Она молча кивнула, глядя на него так, будто видит впервые в жизни.

- А я ведь читала кое-что про вас, доктор Штрауд.

- Ничего хорошего, думаю.

- Напротив. Ладно, как бы то ни было, не задержитесь ли вы еще на некоторое
время с тем, чтобы мы...

Штрауд решительно замотал головой еще до того, как она закончила фразу.

- Пусть ваши люди найдут себе другую подушечку для иголок, доктор Клайн, а
с меня хватит.

- Но послушайте, Штрауд... Он осторожно обошел ее и решительно направился к
двери.

- Здесь я свое дело сделал, как и обещал вам... Правда, мы только время
потеряли... Мне надо разыскать доктора Вишневски.

Кендра остановила его уже на пороге.

- Пожалуйста, пойдемте ко мне в кабинет и поговорим, доктор Штрауд.

- О чем?

- Хотя бы о докторе Вишневски.

Он прошел вслед за Кендрой через просторный холл в кабинет, предоставленный
ей на время работы в больнице. Она пригласила Штрауда сесть. Он отказался,
оставшись стоять. Кендра устроилась за своим столом, дыхание ее было
неровным и затрудненным, а весь внешний вид выдавал крайнюю усталость.

- Темпы распространения эпидемии не падают, Штрауд, - начала она.

- Знаю, доктор.

- Нам нужна ваша помощь, Штрауд. Если только стальная пластинка помогла вам
не впасть в кому на столь же длительное время, как остальным, то, возможно,
нам удастся узнать что-либо в результате...

- Но вы же не можете вшить стальную пластинку каждому вашему пациенту.
После того, как умер Вайцель, их ведь осталось человек двадцать пять...

- Их сотни, доктор Штрауд.

- Сотни?

- В каждой больнице, по всему городу.

- Действительно, настоящая эпидемия...

- Именно это я и пытаюсь вам объяснить. Теперь, может быть, прислушаетесь к
моим доводам?

- Не уговаривайте. То есть... Поймите, мне надо найти доктора Вишневски.
Вдруг я что-нибудь могу для него сделать.

- Доктору Вишневски вы ничем не поможете, а здесь еще есть вероятность, что
вы...

- Вы только даром тратите драгоценное время на обследование моего
организма. Я отнюдь не противоядие против этой... штуки! Как вы не
понимаете? А что касается доктора Вишневски, сама мысль, что он мог напасть
на человека... Совершенно немыслимо, на него это просто не похоже!

- Да, но тем не менее это произошло. А вы не допускаете, что в его случае
болезнь проявила себя в абсолютно иной форме? Он ведь, в отличие от вас и
Леонарда, ни секунды не находился в коматозном состоянии.

- Ну, я-то просто-напросто потерял сознание, только и всего.

- А раньше с вами такое случалось?

- Да, после войны.

- Понятно. Значит, просто какое-то совпадение, и мы по ошибке поместили вас
в изолятор вместе с остальными.

Штрауд помолчал, меряя шагами небольшой кабинет.

- Так, значит, одной стороной этой... этого... является безумие, наводимое
из котлована, - что проявилось в странном поведении Виша. В моем случае
что-то... нечто дьявольское говорило со мной через Вайцеля, а...

- А вы упрямец, Штрауд. Так и цепляетесь за свою версию. Неужели вы
действительно верите, что здесь действует какая-то сверхъестественная сила?
Что в злой участи наших несчастных пациенюв повинна какая-то
сверхъестественная энергия...

- Да кто знает? Вы собственными глазами видели, как тело парило над койкой.
Но вы просто еще не сталкивались со сверхъестественными явлениями, и такого
опыта, как у меня, у вас не г. А я видел и сражался с вампирами, доктор
Клайн, и с оборотнями тоже. Да, с оборотнями! А теперь еще и это...

- И вы хотите, чтобы я вам поверила?

- Это уж как вам угодно. - Он задумался и продолжал, как бы говоря сам с
собой: - Это нечто каким-то образом овладело рассудком Вишневски.

- Он пытался убить вас киркой, Штрауд, а вы еще строите теории типа "черт
попутал", чтобы его защитить?

- Вишневски просто не может убить человека.

- Но все же пытался - и на глазах у множества свидетелей.

- Значит, в него вселилась какая-то злая сила, что-то овладело его
рассудком...

- Что бы это ни было, оно поражает мозг и напрочь его блокирует. Просто
ужас.

- Да, для такого человека, как Леонард, например, это означает смерть.

- Кстати, я очень внимательно следила за его состоянием по показаниям
приборов, Штрауд. И время от времени отмечала проявление некоторых
колебаний и отклонений, похожих на ваш случай.

- Правда? И что они означают?

- Во всяком случае, их можно истолковать как своего рода внутреннюю борьбу,
словно доктор Леонард не сдается болезни так же легко, как остальные.

- Так это же Леонард! На вид он, может быть, и не так силен, но что
касается его ума и рассудка... Тут уж с ним никому не сравниться.

- Отклонения в электрокардиограмме регистрируются с момента его поступления
в больницу. Мы собираемся попробовать суспензию из этого вашего сплава,
прямую инъекцию в кровеносную систему... под тщательным наблюдением,
конечно. Знаете, из-за этого я чувствую себя механиком каким-то,
ремонтирующим робота... Но все наши пациенты... что ж, судя по их
состоянию, они ничем не лучше роботов.

- Удалось что-нибудь выяснить из анализа субстанции, что ваши люди собрали
с пола у койки Вайцеля?

- Странная комбинация минеральных веществ, щелочей, серы, метана. По
результатам анализов крови пациентов мы установили, что все они страдают
респираторным алкалозисом...

- Это еще что такое?

- Низкое содержание углекислоты и очень повышенная щелочность крови.

- Щелочи... сера... метан... Слушайте, доктор, но разве возможно, чтобы они
обусловливали инфекционный характер заболевания?

- Насколько я знаю, нет.

- И все же Вайцель изрыгнул эту дрянь.

- Мы пытались применить лечение кислотными препаратами, чтобы восстановить
баланс между кислотами и щелочами в организме, но оно не помогло. Возможно,
в сочетании с металлом...

- Обычные способы лечения не помогут, - убежденно заявил Штрауд. Он поднял
термос и налил чашку кофе, жестом предложив и Кендре, но та отказалась.
Штрауд наконец тоже сел и принялся с наслаждением прихлебывать горячий
ароматный напиток.

- Мы должны испробовать все возможности, - ответила Кендра Клайн.

- Это верно, - кивнул в знак согласия Штрауд. - Вы ведь не первый раз
сталкиваетесь с эпидемией?

- Да что вы! Довелось поработать в развивающихся странах, где рахит и
полиомиелит остаются ужасной проблемой. В эпидемиологическом центре я
недавно.

- Но надолго.

- Я бы не стала так уверенно утверждать. По крайней мере, сейчас.

- А еще что-нибудь необычное обнаружили в той дряни, которой Вайцель в меня
плевал?

Доктор Кендра Клайн укоризненно покачала головой.

- Это могли быть судороги, доктор Штрауд, непроизвольное сокращение мышц,
но плевать Вайцель был не в состоянии. Ни в вас, ни в кого-либо другого.

- Можно подумать, что я сам подложил эту мерзость, доктор Клайн.

- Уверена, что вы ничего подобного не делали.

- Итак, еще что-нибудь обнаружили?

- Трехокись серы.

- Ничего мне не говорит.

- Дымит на воздухе и бурно реагирует при соприкосновении с водой.

Штрауд сразу вспомнил странный туман, исходивший от их тел, когда они
поднялись из котлована на открытый воздух под моросящий дождь. Доктор Клайн
тем временем продолжала рассказывать, произнеся какое-то слово, которое он
не совсем понял и не был уверен, что сможет повторить. Он не без усилия
заставил себя выговорить громоздкий набор звуков:

- А что представляет из себя этот сульфонетилметан?

- Наркотик. Очень сильного действия, особенно в такой концентрации. Одного
его достаточно, чтобы превратить человека в зомби.

- Однако анализы крови не установили его присутствия?

- В том-то и дело, что нет... Просто удивительно... если он действительно
появился из организма Вайцеля. Тогда остается лишь предположить, что он
находился там как гормон, в особом вырабатывающем его органе.

На долгую минуту взгляды их скрестились, но оба не произнесли ни слова.

Кендра наконец отвела глаза и продолжала:

- Мы также обнаружили повышенное содержание янтарной кислоты[20],
холина[21] и...

- Договаривайте.

- Мефитис[22], зловонный газ.

- И что это нам дает?

- Крайне мало... За исключением того, что упомянутый газ не должен был бы
присутствовать в больничной палате... или в организме пациентов.

- А что такое холин и эта... как там ее... кислота?

- В человеческом организме они входят в сукцинихолин, обычное химическое
вещество. Распадается на составные части после смерти.

- Похоже, что вам под микроскоп попала какая-то гадость из могилы, доктор.

- А вы не спешите с выводами. Подобный препарат в тщательно выверенных
дозах применяется для расслабления мышечной ткани при хирургических
операциях в брюшной полости. Так что его присутствие в больничной палате
ничем уж особенным не примечательно.

- Даже при данных конкретных обстоятельствах? Когда его обнаруживают в
жидкости, исторгнутой пациентом, предположительно находящимся в коме?

Доктор Клайн опустила глаза.

- Неужели вы рассчитываете, что я и мои коллеги поверим, что здесь мы
столкнулись с проявлением какой-то демонической одержимости?

- Да нет, от вас, медиков, такого ждать не приходится. А теперь, если
позволите, я пошел.

- Доктор Штрауд! Пожалуйста, скажите мне вот еще что. Вы помните какие-либо
ваши ощущения, пока вы находились без сознания?

- Со временем, может быть, и вспомню, но сейчас... Извините. Иногда у меня
бывает полная потеря сознания, абсолютное беспамятство, когда я не могу
буквально ничего припомнить. Иногда потом приходят какие-то обрывочные
воспоминания...

- Больше ничего не можете мне рассказать?

- Очень сожалею.

- А как насчет гипноза? Может быть, согласитесь на один сеанс?

- На один? Вы когда-нибудь слышали, доктор Клайн, чтобы обследование под
гипнозом проводилось в один лишь сеанс? - усмехнулся Штрауд. - Все, мне
пора. Удивительно, что Натан до сих пор не прислал за мной машину.

Штрауд залпом допил кофе, поднялся и искательным тоном попросил:

- Пожалуйста, сделайте все возможное, чтобы помочь доктору Леонарду.

- Обещаю.

- А вообще от Натана что-нибудь слышно? Мне надо увидеться с доктором
Вишневски, и Натан, вероятно, единственный, кто может это организовать.

Кендра устало откинулась па спинку кресла. Штрауд заметил, как что-то
неуловимое мелькнуло в ее серых глазах, что-то глубоко потаенное, и на
мгновение задумался о прошлом этой женщины, о том, что привело ее сюда, в
Нью-Йорк, в такое время. Она в этот момент, видимо, подумала то же самое о
нем

Наконец Кендра смущенно проговорила:

- Боюсь, комиссар Натан еще не знает, что вы... пришли в себя, доктор
Штрауд...

- Как?! Но мы же договорились! - растерялся Штрауд.

- Мой секретарь часами пытался с ним связаться, но...

- Но что?

- Но комиссара просто невозможно поймать и...

- Что и, доктор? У нас был уговор. А вы его нарушили. О, черт! Да вы просто
обманом задержали меня здесь, а теперь только ищете отговорки, чтобы вообще
не выпускать!

- Неужели вам безразлично, что здесь у нас происходит? Неужели вам не
понятно, что это единственный разумный путь найти способ борьбы с болезнью?
Мне казалось, что вы человек рассудительный...

- Иногда бывает, доктор, но порой это только мешает.

- Тогда подумайте еще об одном. - Она выскочила из кресла и удержала его на
пороге. - Вы с большой долей вероятности можете оказаться переносчиком
инфекции. И через контакты с окружающими подвергнете их опасности
заболевания этим неизвестным недугом.

Штрауд глубоко вздохнул, понимая, что она права.

- Что ж, придется рискнуть.

- Да неужели совесть вам позволит... Скрепя сердце Штрауд захлопнул дверь
прямо перед ее носом. Ему нужно спешить к Натану. Он, должно быть, совсем
отчаялся, когда кома лишила его помощи Штрауда и Леонарда, а безумие -
Вишневски, - и это в то время, когда число пострадавших быстро росло, но
никто не знал, что происходит.

Штрауд постарался ускользнуть из больницы, не привлекая к себе внимания
особенно неутомимо дежуривших репортеров. Нашел служебный лифт и вышел
через заднюю дверь. Теперь он должен добраться до Вишневски.




 
 
Страница сгенерировалась за 0.0863 сек.